Военный обозреватель

«Армянский Саакашвили» изначально был нацелен на сдачу Карабаха

Начало см. здесь

Корр.: Андрей Григорьевич, спасибо, что согласились продолжить эту важную тему про «историю с географией». Какие вызовы стоят, по-Вашему, перед российской миротворческой миссией в Закавказье?*

Андрей Арешев: Самые разные — как объективного характера (например, логистика), так и субъективного. В том, что попытки вытеснения российских миротворцев будут предприниматься, сомнений не возникает — это видно хотя бы по открытым публикациям западных аналитических центров. Бросив Нагорный Карабах на произвол судьбы, прозападные силы в Армении любой возникающий инцидент будут ставить в вину российским миротворцам и Москве. В свою очередь, в Азербайджане основной вектор направлен на союз с Турцией. И националистические круги, включая и околовластные, выражают недовольство тем, что им не удалось завершить дело «освобождения» Нагорного Карабаха от армянского населения до конца. Аналогии с Южной Осетией, Абхазией и Приднестровьем позволяют предположить, что и с этой стороны позитивного отношения ждать не приходится.

В более широком контексте задача так называемых «западных партнеров» на Кавказе по формированию в регионе однородного геополитического пространства предполагает, с одной стороны, максимальное отчуждение между Россией и Грузией (кульминацией которых стала агрессия режима Саакашвили против Южной Осетии, включая убийство российских миротворцев), а с другой — вовлечение Армении в азербайджано-турецкие коммуникационные проекты. Как показала, в частности, попытка нормализации армяно-турецких отношений в 2000-е годы, последнее невозможно представить без сдачи Нагорного Карабаха (Арцаха), и вот мы видим, что команда Пашиняна справляется с этой задачей, как может. Если бы не политико-дипломатическое, а затем и военное вмешательство Москвы, можно не сомневаться, что с точки зрения армянского присутствия край был бы потерян полностью. Еще в 2018 году, когда Пашинян и его сторонники шли к власти в ходе умело организованного (как представляется, не без участия лиц из окружения третьего президента) уличного действа, можно было слышать соответствующие предупреждения. Однако на них предпочитали не обращать внимания.

Общий контур возможной «договорной войны» вокруг Нагорного Карабаха был представлен, в частности, Денисом Дворниковым еще в 2013 году — осталось создать условия для того, чтобы до рычагов государственного управления в Армении, и без того пребывающих отнюдь не в идеальном состоянии, дорвался бы «нужный» человек. Политический генезис и программа действий редактора «Айкакан Жаманак», уличного трибуна, депутата парламента и местного «Саакашвили» в «карабахском вопросе» неоднократно им озвучивалась в статьях и в книге, как и подлинные отношения с Россией, слегка маскируемые благостными заявлениями, полностью противоречащими реальными делам. Люди, подобные Пашиняну, не имеют ни малейшего шанса измениться, какую бы личину временно они ни примеряли. «Освобождение» от «карабахской обузы» открывает путь к установлению «тесных и дружественных» отношений с Азербайджаном и Турцией на грузинский манер, однако без грузинской «нефтегазовой трубы». В случае окончательного оформления такого курса российская военная база в Гюмри не нужна и будет выведена, а армия радикально сократится. Превратившись в некое подобие военизированной полиции, ориентированной на подавление внутренних беспорядков. Уже сегодня мы видим, что армянская полиция и спецназ куда охотнее действуют в Ереване против оппозиции и недовольных граждан, нежели против намечающихся «друзей» на границах Сюника.

Когда этот номер газеты выйдет из печати, мы, вероятно, уже будем знать об итогах визита Пашиняна в Москву (предположительно) 11 января. Не исключено, что одновременно в российскую столицу прибудет и азербайджанский лидер. «Подписанное 10 ноября трехстороннее заявление создает предпосылки для долгосрочного, полноформатного преодоления кризиса вокруг Нагорного Карабаха на справедливой основе и в интересах армянского и азербайджанского народов», — заявил в конце минувшего года министр иностранных дел С. Лавров после встречи в Сочи с турецким коллегой М. Чавушоглу.

Гипотетическое подписание в Москве гипотетического «Договора о мире, дружбе и границе» зафиксирует политические итоги «второй карабахской войны» в виде резкого усиления позиций Азербайджана и Турции. Россия не может не быть заинтересована в урегулировании отношений между двумя кавказскими республиками, ибо альтернативой этому станет продолжение военных действий, пусть и в вялотекущем виде. Уже сегодня нет недостатка в прогнозах относительно того, когда и в каком формате они могут возобновиться. Разумеется, российские интересы на среднесрочную перспективу гарантированы, однако как будет складываться ситуация через 5–10 лет, сказать пока сложно. По разным оценкам, армянского населения в Нагорном Карабахе на оставшейся территории примерно в 2,5 тыс. кв. км сегодня — от 80 до 100 тысяч (до войны — около 150 тысяч). Российские миротворцы, представители других ведомств реализуют масштабные мероприятия по возвращению края к мирной жизни, разминированию, ремонту и строительству жилья и гражданской инфраструктуры, понесших колоссальный урон в ходе развязанных Баку и Анкарой широкомасштабных военных действий. Открытие аэропорта в Степанакерте на прием гуманитарных грузов ускорит позитивные процессы, однако когда это произойдет и как будет функционировать экономика небольшого анклава, зависящего теперь исключительно от «ниточки» Лачинского коридора через подконтрольные Баку территории, — не вполне понятно.

Еще более острый характер могут принять проблемы, связанные с обеспечением безопасности гражданского населения, особенно с учетом многочисленных «серых зон». Здесь следует иметь в виду, что еще в советский период (достаточно посмотреть на административную карту) границы НКАО изобиловали многочисленными «выступами» и полуанклавами, затруднявшими связь Степанакерта с районами и селами. В любом случае исход из оставшейся части Карабаха армянского населения позволит Баку поставить вопрос о нецелесообразности продолжения российской миротворческой миссии. Господство на Кавказе Турции означает новое качество игры ее ближайшего неформального союзника Великобритании с ее традиционно антироссийским внешнеполитическим курсом.

Корр.: Радужных прогнозов сейчас в Армении практически никто не дает, а мрачных я встречала два варианта. Один состоит в том, что сейчас Азербайджан подгонит силы, укрепится и возобновит военный конфликт. А другой мрачный прогноз заключается в том, что никакого военного конфликта не будет, а будет экономическая экспансия. И попытка втянуть армян в разные «свободные экономические зоны», ассимилировать, а Россию выдавить оттуда. А уж что будет потом…

Андрей Арешев: Мне представляется, что всё окончательно станет ясно уже в ближайшее время. Указанные Вами крайности, как мне представляется, могут материализоваться в некоем «гибридном» варианте, сочетающем постоянное давление на границах Армении с некими инвестициями, больше похожими на «предложения, от которых клиент не в силах отказаться». Речь может идти, к примеру, о модернизации силами турецких компаний «мегринского коридора», открывающего Турции через Нахичевань дорогу к «материковому» Азербайджану, к берегам Каспия и в Центральную Азию. Фактически речь идет о реализации «плана Гобла», на самом деле являющегося «планом Тургута Озала», восьмого президента Турции (1989–1993 гг.), отличавшегося нестандартным и смелым геополитическим мышлением. Пользуясь бездарно-предательским образом действий режима Пашиняна, его тотальной некомпетентностью в том, что касается защиты государственных интересов, Баку и Анкара спешат закрепиться на максимально выгодных позициях — не только в Карабахе, но уже и в Сюнике. В частности, подписание вышеупомянутого договора с Баку означает закрытие действующей армянской властью «карабахского вопроса», с чем не смогут не считаться и любые ее преемники, сколько бы они ни заявляли о своем патриотизме.

Корр.: Я как раз хотела задать вопрос. Этот процесс демаркации идет очень странно. Это странный процесс. Почему демаркацией стали заниматься так стремительно?

Андрей Арешев: Как я уже упоминал выше, речь может идти о подписании мирного договора с Азербайджаном с признанием его советских границ, что окончательно подведет черту под карабахским движением, с которым тесно связана вся позднесоветская (с 1988 г.) и постсоветская история Армении. Как пишет «Спутник-Армения», признание административного деления советского периода «означает, что Армения отказывается от того факта, что Нагорный Карабах вышел из состава именно СССР, а не Советского Азербайджана. Фактически, с [армянской] стороны это означает признание Карабаха территорией Азербайджана». Отрицание не только карабахского движения, но и всей предшествующей истории Армении составляет основу политической философии действующего главы правительства, одна из статей которого так и называется — «Забыть героическое прошлое». В потоке бессмысленной болтовни и демагогии тогдашний редактор «Айкакан Жаманак», в частности, жалуется на «наших предков», оставивших «нам в наследство лишь такой запас геноцидов, унижений, предательств и безнравственности, преодолеть который, как выясняется, трудно, чрезвычайно трудно». Как говорится, без комментариев…

Корр.: Уже после подписания заявления Пашинян сказал, что необходимо сейчас решить проблему Карабаха, не оставляя ее грядущим поколениям, и тем самым оказать им услугу. Только он не сказал, каким будет решение.

Андрей Арешев: Как представляется, это очередной пустопорожний треп, призванный хотя бы как-то скрыть подлинную цель Пашиняна и компании — избавиться от «арцахского бремени», переложив его на «русских», раз уж благодаря вмешательству Москвы не получилось решить вопрос в пользу Баку и Анкары до конца. Новый год, под который он обещал «начать строить новую и сильную Армению», уже обернулся потерей села Шурнух и других территорий и стратегически важных участков дорог в Сюнике. Можно предположить, что это лишь часть неких «устных договоренностей», о которых он проговорился в декабре и о которых армянскому народу, очевидно, еще только предстоит узнать.

Вообще, вопиющее несоответствие публичных заявлений и обещаний Пашиняна с его реальными действиями не должно никого удивлять, равно как и методы зомбирования адептов, характерные скорее для тоталитарных сект. И это серьезная проблема, истоки которой следует искать в массовом «духовном десанте» на территорию Советского Союза, который готовился как минимум с начала 1980-х годов.

«Порядка 350 тыс. человек в Армении вовлечены в секты. А что касается деструктивных сект, то в них примерно 250 тыс. человек. Концентрация религиозных организаций особенно велика в Ереване, хотя в республике есть населенные пункты, где абсолютно все жители — сектанты. В основном это приграничные районы. Секты сегодня проникли во все сферы жизнедеятельности армянского общества. Они серьезно участвуют в сетевом маркетинге, задействованы в издательской, образовательной сферах, строительстве, в некоторой степени присутствуют в сфере коммуникаций, занимаются благотворительностью и так далее. Эти каналы открывают перед сектами широкие возможности, и по ним идет настоящая «ловля душ», 

— это оценка руководителя Центра по реабилитации жертв деструктивных культов Александра Амаряна по состоянию на 2016 год. В настоящее время в Армении активно действуют секты мормонов, «Свидетелей Иеговы» (организация, деятельность которой запрещена в РФ), «Хоран», «Церковь сайентологов», «Евангелистская церковь», «Слово жизни» и многие другие, нескрываемой целью которых является проникновение во властные структуры. Взгляды этой категории населения на традиционные структуры общества и государства, не говоря о необходимости защиты Карабаха, хорошо известны, так что не приходится удивляться, к примеру, информации о блокировании ими прохождения воинских колонн и т. д.

Корр.: Хорошо известно, что представители ряда деструктивных сект принимали активное участие в соответствующих событиях и в Грузии, и на Украине. Там этот фактор был очень большим.

Андрей Арешев: Чтобы в этом убедиться, достаточно вспомнить о роли «кровавого пастора» Турчинова в организации государственного переворота на Украине в 2014 году с последующим развязыванием войны на Донбассе. С одной стороны — псевдо-христианские деструктивные секты, с другой — боевики международных террористических группировок (включая и некоторых выходцев с Кавказа), переброска которых, с подачи Турции, означает экспорт на территорию бывшего советского Закавказья перманентной ближневосточной нестабильности. Отступление традиционных конфессий под напором чуждых региону «религиозных» направлений, опирающихся на серьезную внешнюю поддержку, чревато серьезными осложнениями и для России.

Мы хорошо помним о начале в 2015 году военной операции в Сирии для борьбы с терроризмом на «дальних подступах», но вот сегодня мы видим, что подобного рода «контингент» может де-факто оказаться у границ уже российского Кавказа. Отдельная тема — возможное обострение межнациональных отношений в местах совместного проживания армянской и азербайджанской общин, включая крупные мегаполисы. Летом 2020 года, после июльских боев на армяно-азербайджанской границе, это уже можно было отчасти наблюдать, в том числе и в Москве, где власти приняли своевременные меры для предотвращения различного рода эксцессов. Минувшей осенью данная проблема оказалась отчасти приглушенной второй волной коронавирусной инфекции, однако мы все прекрасно понимаем, что властям необходимо держать «руку на пульсе» событий, действуя в тесной координации с представителями национальных диаспор, связанного с ними бизнеса и т. д.

Часть дома у жителя Шурнуха оказалась на территории Азербайджана. Изображение: ombuds.am

Корр.: Что может Россия со своей стороны предпринять в Закавказье, чтобы этот негативный сценарий не реализовался, чтобы его избежать?

Андрей Арешев: Политику Москвы на постсоветском пространстве часто критикуют как реактивную — в отличие от действий так называемых партнеров, постоянно пытающихся создать России проблемы в ее «ближнем зарубежье». Агрессия режима Саакашвили против Южной Осетии и государственный переворот на Украине с последующей войной на Донбассе — классические примеры, но далеко не единственные. «Вторую карабахскую войну», на мой взгляд, также нельзя рассматривать в отрыве от интересов в регионе внешних игроков. К примеру, когда мы говорим об Азербайджане, то, помимо Турции, не следует забывать и об Израиле, и о европейских странах, начавших под занавес 2020 года получать газ с месторождения Шах-Дениз по газопроводу TANAP. Напомним также, что в октябре, в разгар военных действий, задействованная в региональных энергетических проектах компания British Petroleum прямо поддержала «территориальную целостность» Азербайджана, а компания Anglo Asian Mining расширяет свое присутствие в Азербайджане на золоторудные месторождения Зангелана и Кельбаджара. Кстати, благородные металлы англичане искали в крае и более века назад, в период его пребывания в составе Российском империи… Не следует забывать и о том, что путь на Запад для всех стран Закавказья, включая Армению, пролегает прежде всего через Турцию, и вряд ли данное обстоятельство не осознавалось теми, кто, начиная с середины 2000-х годов, твердил о «комплементарности» и «многовекторности»…

Что может противопоставить Россия «большой игре XXI века», разворачивающейся по периметру ее западных, южных и восточных границ? Прежде всего — традиционные средства дипломатии, подкрепляемой при необходимости военной либо миротворческой составляющей. В каждом конкретном случае действия могут быть разными, в чем можно убедиться на примере Южной Осетии, Абхазии, Крыма, Приднестровья, Донбасса, Сирии, а теперь и Нагорного Карабаха.

Тяжелые и трагические последствия распада Советского Союза, этой «крупнейшей геополитической катастрофы XX века» (определение В. Путина), еще долго будут требовать экстраординарных мер, направленных на стабилизацию ситуации в конфликтных регионах, ставших объектами посягательств со стороны внешних игроков. В любом случае наивно ожидать, что они будут действовать исходя из интересов России. Не менее наивно уповать и на соблюдение неких «джентльменских договоренностей» в условиях, когда повсеместно торжествует право силы и «закон джунглей».

Корр.: Но в результате получается, что даже в бывших республиках Советского Союза Россия скорее реагирует. Она не проводит какой-то активной наступательной политики.

Андрей Арешев: Организация «цветных переворотов», открытое вмешательство во внутренние дела соседних государств, как говорится, «не наш метод». Порою это трактуется как слабость и приглашение к враждебным действиям, при этом оппоненты Москвы, очевидно, исходят из того, что ей приходится действовать не в безвоздушном пространстве, а оглядываясь на множество факторов. К слову, многие постсоветские страны, очевидно, не без ведома западных «консультантов», перешли на парламентскую форму правления. Помимо вполне предсказуемого осложнения диалога с Москвой, это чревато усугублением внутриполитической турбулентности, обусловленной театрализованным представлением несостоятельных и марионеточных «партий». В случае с Арменией, где процесс «конституционных реформ» с переходом на парламентскую систему был запущен с подачи окружения третьего президента в 2013 году, это было особенно очевидно, о чем я неоднократно говорил.

Очевидная деградация партийно-политических и управленческих систем многих постсоветских стран — вызов, прежде всего для них самих. В ушедшем 2020 году мы наблюдали целенаправленную раскачку обстановки в государствах ОДКБ, хотя процесс этот начался, безусловно, не вчера. Отличительной особенностью Армении на протяжении последних лет стала активная деятельность так называемых «неправительственных организаций», получивших прямой доступ к рычагам государственного управления, включая национальную безопасность и военное строительство. Результат, как говорится, налицо.

Корр.: …Хочется вернуться еще раз к вопросу демаркации. Пашинян говорит, что границы проводят по советским картам. Но советские карты составлялись для жизни в едином государстве.

Андрей Арешев: Более того, можно сравнить разные карты даже советского времени и убедиться, что они отличаются в деталях. Например, в 1929 году между Арменией и Автономной областью Нагорного Карабаха (именно так она тогда называлась) имелся небольшой участок общей границы в районе Абдаляра (Лачина), однако потом он исчез. Не стоит также забывать и о том, что советские границы являлись административно-территориальными в рамках одного государства.

Корр.: Да, и неоднократно менялись. Что за советские карты? Почему именно по ним должны быть установлены границы, когда вся реальность поменялась? То, что там сейчас происходит с границей — это уже готовая почва для провокаций.

Андрей Арешев: Безусловно, ситуация в Шурнухе и около Капана — далеко не единственные тому примеры. Мы видим, что забыты даже советские карты, и граница чертится по сомнительным данным GPS-навигации в буквальном смысле по домам и по сараям. Вообще, делимитация и демаркация границы — длительный процесс, который, включая подготовительную работу, может длиться месяцами и даже годами. Неспособность отстаивать национально-государственные интересы в этой сфере — закономерный итог коллапса постсоветской армянской государственности. Так, в 2019 году ГНКО «Центр геодезии и картографии», в составе которой еще имелись необходимые специалисты, была полностью ликвидирована под предлогом так называемой «оптимизации». Что касается карт, то они, по всей видимости, были уничтожены еще раньше — по причине головотяпства, либо же злого умысла. Впрочем, сегодня в «новой Армении» «Никола-варчапета» это уже не важно, как не важен ни Арцах, ни Сюник, ни возможно, в не столь отдаленном будущем — также и Ереван…

Еще год назад предсказания даже бледной тени той реальности, в которой сейчас находятся Армения и то, что осталось от Карабаха, — воспринимались большинством граждан как надуманное паникерство и как поклеп на благородные идеалы «бархатной революции». Однако теперь, при бездарно-предательской «революционной» команде, мрачной реальностью стало многое из того, что даже от прежних властей, создавших все условия для восхождения Пашиняна, ожидать было сложно. Главное же, на мой взгляд — государство, если и будет когда-либо восстановлено, — полностью лишается перспектив какого-либо развития.

Безусловно, то, что произошло с Арменией, и еще будет происходить, — наглядный урок и недвусмысленное предупреждение всем тем странам, где наличествуют собственные «пашиняны».

По материалам: ИА Красная Весна

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *